Posts (page 2)
Это фонтан.
Он большой.
И он абсолютно прекрасен, особенно при солнечном свете.
Знаете, насчет горя - все совершенно верно, но пока мне рот не забили, то вот.
Именно она.
ходишь кругами по комнате и городу, бормочешь что-то вслух, все это где-то складывается в неаккуратные груды, рыться в них - уж лучше порыться в груде тряпья на раскладушке, то есть получается нечто посередине между секонд-хэндом и помойкой, а потом что-то щелкает, и ты уже в
Ящиках.
в Пустошах, если угодно. в Бесплодных землях. и что у тебя есть - все правильно, fear in a handful of dust. вот прямо тут, где у Грея был рай. и ты хорошо понимаешь, что это одно и то же.
Это все о работе.
И да, я ненавижу при этом отрываться на социальное. Терпеть не могу. Пойду поваляюсь в парке в листьях, авось остыну.
Справедливость мироздания проявляется не в том, что кто-то рождается талантливым, а кто-то - нет.
Справедливость мироздания проявляется в том, что даже очень талантливый человек, не могущий себя организовать, гарантированно в итоге превращается в бездарность.
И под "организовать" я сейчас все имею в виду - и свой рабочий (рабочий, мать вашу) день, и свой день не-рабочий, и социальную адаптацию, и прочее. Часто "организовать социальную адаптацию" означает "найти того, кто мне эту адаптацию обеспечит", но это все равно - организовать. Позиция "я сам не могу, а за меня никто не сделает" есть не-организация. И верный путь в бездарности. И ничего с этим не поделаешь.
(Из чего, кстати, может следовать забавный вывод: расхожая сказка "гений - импульсивен и неорганизован" придумана и поддерживается именно бездарностями - чем больше талантливых людей клюнет на эту удочку, тем больше шанс, что талант они свой в итоге зароют.)
Так вот, понедельник прошел - бездарно. В чем и расписываюсь.
Crossposted to LJ, itemid = 1546, security = public, mask = 0.
Хорошо, что до сих пор я его практически не читал - только "Тлен" и что-то еще, обрывками, "Книгу вымышленных существ", что ли.
Он пишет художественную литературу как крайне сжатый конспект создания конкретной вселенной - быстро, чуть ли не стенографически, выделяя красным особенно важные пункты.
Он отрицает в текстах самого себя, он выворачивает логичные тезисы наизнанку - и так пускает их побегать, нагишом, "малыш болтается на ветру".
"Выдвигает, рассматривает, показывает преимущества - и с блеском опровергает теорию" - он повторяет это достаточно часто. Игнорировать не удается.
"Фунес, чудо памяти".
Ему не только было трудно понять, что родовое имя "собака" охватывает множество различных особей разных размеров и форм, ему не нравилось, что собака в три часа четырнадцать минут (видима в профиль) имеет то же имя, что собака в три часа пятнадцать минут (видимая анфас). Собственное лицо в зеркале, собственные руки каждый раз вызывали в нем удивление.
Как чудо, как нечто изумительное и невероятное, уж точно существующее в одном экземпляре Борхес описывает молодого человека, погруженного в бесконечную уникальность мироздания.
И описывает его при этом просто языком.
Где под словом "собака" имеются в виду все собаки на свете, сколько их ни есть, причем как реальные, так и выдуманные.
Сама идея чуда - перевернута с ног на голову (выдвигает предположение и тотчас опровергает его, ну да). Теория выдвинута - невозможно описать уникальное теми же словами, что и все остальное, - и опровергнута. То есть буквально поставлена вверх тормашками. Вот вам уникальное, оно описано точно и ясно.
И все это при том, что мне тоже крайне трудно жить с пониманием, что не существует особого слова - ладно там для каждой в отдельности собаки, - хотябы для выдуманных собак. Или птиц. Или чегоугоднодругого.
Больше одного рассказа в один присест - читать невозможно.
Crossposted to LJ, itemid = 1545, security = public, mask = 0.
и возвел на слиянии двух морей город, чтобы было где жить человеку, и украсил его дверьми, арками и узкими улицами.
И поставил крепостные стены тройным кольцом с рвами межде ними, мостами и воротами многими.
Когда мы выбирали Родос, мы выбирали море. И купаться в октябре. Кто бы мог подумать, что мы были не одиноки в своем выборе. Двести лет тут то же самое выбирали Иоанниты. Они воздвигли настоящую рыцарскую крепость - с замком, с двойным (кое-где тройным) кольцом стен. Со множеством храмов, колодцев и внутренних двориков. Протяженность городской стены со стороны суши - больше двух километров, мы ходили. И еще столько же - со стороны гавани. На стене с легкостью могут разъехаться две колесницы.
И вот между этими стенами - старый город. Он прекрасен. Я не знаю, сохранилась ли еще где-то именно эта архитектура - не крепостная, храмовая или дворцовая, а как раз самая светская - дома, лавки, хозяйственные постройки. Все в маленьких галереях, на которые ведут широкие открытые лестницы. В водометах с плоских крыш - в виде акульих морд. В очень скупом и ритмичном декоре. За пять дней в городе мы едва успели обойти его, и то, я уверен, осталось несколько неразведанных улиц и арок.
Достаточно зайти за угол, чтобы оказаться лет эдак на четыреста назад. После чего увидеть мотоцикл и долго вспоминать, а что это вообще такое, и, главное, что оно здесь делает.
(А потом глянуть на колонны в базилике Богоматери - и нахмуриться: где-то я уже их видел! Вот паршивцы-варвары, что понастроили поверх наших стен!
А потом еще дойти до оливковой рощи у стадиума, где у деревьев по три-четыре ствола, и провалиться еще на тысячу лет.)
День седьмой:
и увидел, что сотворенное - хорошо, и отплыл от берега, чтобы издали любоваться.
Линдос - это бухта на Родосе. Мыс с акрополем (а позже - византийской, а еще позже - мальтийской крепостью) выдается глубоко в море, по обеим сторонам - заводи, песчаные пляжи с россыпью камней. В камнях - крабы, стаи рыбешек и даже крохотные актинии - шевелятся в воде зеленые пальмы размером с пол-пальца, поднесешь руку - хоп! от пальмы только ствол. Вся шевелюра спряталась. Через минут смотришь - опять полощется.
Вверх к акрополю ведет крутая мощеная тропа. Внизу толпятся ослики. За шесть евро можно прокатиться вверх, и был бы я лет восьми, я непременно бы воспользовался. Ослики очень идут тропе. Я еще не был в Иерусалиме, но, по-моему, в него следует въезжать именно так.
Так вот: все бросить и поехать сюда аккуратно сортировать мраморные блоки, восстанавливать колонны по одному куску и следам на фундаменте, воздвигать заново эту прозрачность против моря - только колонны, не стены. Я очень мало видел сохранившихся акрополей, но еще на фотографиях Херсонеса дух захватывало от моря сквозь редкий строй колонн.
"Хаус", третья серия шестого сезона, личный вывод.
Когда единственное, что тебя интересует, это постоянный драйв зазора между жизнью и смертью (при этом зазор этот сделать удается далеко не из всего, из кулинарии вот не получилось, и я думаю, что тут есть фактор боли. это также то, что следует добавить к записи "между жизнью и смертью" - страх, который есть и который пытаешься освоить, рычаг куда более разрушительный, чем боль, которая есть и которую пытаешься освоить. то есть осваивать уж лучше боль, на мой взгляд. если она все равно уже есть.),
так вот, когда интересует именно драйв зазора между жизнью и смертью, при этом зазор между "хороший человек - плохой человек" интересует, прямо скажем, мало, то быть nice с людьми - очень неудобный выбор.
Причем для всех, не только для тебя.
Быть nice - это, в сущности, отказываться от причинно-следственной связи. "Мне все равно, что ты такое и как ты дошел до жизни такой, но я знаю, что не хочу иметь с этим дела", - вот что такое быть nice в случае "нахождения общего языка с крайне неприятными людьми".
При этом вот что носитель зазора жизнь-смерть действительно может сделать - вскрыть причинно-следственную связь. Как будет в дальнейшем жить тот, кому ее вскрыли (в данной серии - я вот понятия не имею, чем свой сволочизм будет в дальнейшем объяснять сосед Уилсона. боль прошла, сволочизм остался, это же уже целый модус вивенди, собранный за много лет, и другого нету. довольно скользкая ситуация.) - уже не забота носителя, он не психотерапевт, он носитель зазора.
А вот nice он быть не может. Даже если старается. Потому что причинно-следственная связь ему куда интереснее. И хорошо бы не обманывать себя на сей счет.
Crossposted to LJ, itemid = 1539, security = public, mask = 0.
Приехали вот отсюда
Все доступные отношения к любому делу можно свести к:
надо бы сделать
точно нужно сделать, не то (неприятности, неудобства и так далее),
либо, как вариант - сделаю, и тогда (приятности, удобства и так далее)
нужно сделать уже кровь из носу (или вчера)
Все эти варианты и их разновидности предполагают большее или меньшее
внимание к делу, большее или меньшее желание преуспеть, большее или
меньшее количество усилий, то есть - предполагают некий выбор между
"делать-не делать" и "как делать".
И существует совершенно отдельный вариант "делать", который имеет кодовое обозначение "дело жизни и смерти".
При этом речь идет о реальной угрозе жизни, а не о всех разновидностях победы или поражения. При этом реальность этой угрозы осознает только делающий. Со стороны, на самый объективный взгляд, никакой угрозы нет. И вообще не очень понятно, что это ты, дорогой друг, так остро ко всему относишься.
Нужно не просто представить, что, если вот это не будет сделано так и только так, то ты ляжешь и умрешь, нужно действительно быть готовым к тому, что да, ляжешь и умрешь. Что вот это несделанное именно таким образом - приведет к настоящей, невыдуманной угрозе жизни, а уж в какой форме будет это выражаться, дело десятое - кто-то на ровном месте тяжело заболевает, кто-то на не менее ровном месте спотыкается до тяжелейшей травмы, вариантов масса. Я это все так подробно обговариваю, потому что дальше намерен написать следующее:
В дело жизни и смерти можно превратить любое событие своей жизни, вплоть до варки кофе по утрам.
А ведь очень трудно представить, каким образом неудачно сваренный кофе может привести к угрозе жизни, верно? И еще труднее представить, каким образом можно каждое утро варить кофе под угрозой жизни.
А вот можно.
И уж совсем трудно представить, зачем это может кому-то понадобиться - делать что-то чуть ли не под дулом пистолета, да еще и приставленного к виску собственной рукой (хотя потребность в таком образе действий обычно появляется при наличии вполне реального пистолета, то есть легче всего научиться этому, когда действительно начинаешь задыхаться, если чего-то не делаешь или получаешь недостаточный результат).
А надобно это вот зачем. Это абсолютно необходимо, когда нужен не просто результат, а самый лучший результат из возможных. ("Знаете, почему у него такое время получилось? Его тренер на старте крапивой по спине огрел".) Когда ты либо получаешь наилучший результат, либо ложишься и умираешь, промежуточных вариантов нет.
Я специально оговариваю здесь: есть случаи, когда смерть и есть наилучший вариант из возможных. В этих случаях тот, кто закладывает себе "я трахну Мисс Мира или сдохну" имеет в виду получить разрешение сдохнуть. Поэтому возникает понятный вопрос: при каких услових возможно и полезно действовать между жизнью и смертью.
Дело в том, что жизнь в данном выборе означает все "да" и все "можно" относительно эмоций и собственных могу\хочу, какие ни есть на свете. А смерть, соотвественно, - "нет" и "нельзя". И ставя себя перед таким выбором, "нет" выбирать уже не получится, а это не очень просто.
Нужно очень, очень хотеть жить. Действительно очень хотеть.
Нужно очень хорошо знать, чего хочешь. Потому что если будешь врать себе (говорю, что хочу любви прекраснейшей девушки, а на самом деле хочу разрешение сдохнуть, ладно, пусть "хочу, чтобы она в меня влюбилась, чтобы я мог позлорадствовать"), все равно получишь то, что хочешь, но будешь удивлен.
И, самое главное:
необходимо, чтобы Держание обеспечивалось внутренним Держателем, а не внешним. Ни на кого извне нельзя возлагать роль палача, нельзя давать ему в руки воображаемый пистолет и просить держать его у вашего виска каждый раз, когда вы начинаете стараться чуть меньше, чем можете. Это не приведет к результату, это приведет к отношениям. (То есть, если нужны отношения, это тоже метод: "помоги мне" - "да, я этого очень хочу" - "ты должен будешь следить, чтобы я не сорвался" - "да, конечно" - "вот, я сорвался, а ты меня не убил. ты не справился" - "ты не имел права возлагать на меня такие обязательства" - и так далее.)
И это все - помимо готовности лечь и умереть, если результат будет не тот, который видится вам самым приемлемым.
Результат такого модуса операнди: постоянное и бесконечное "в десятку" - за что бы человек ни брался. Бешеный успех всех начинаний. Двести процентов прибыли с любых действий. Бесконечная энергия и эффективность.
Стоит обдумать, верно?
Crossposted to LJ, itemid = 1536, security = public, mask = 0.
Четверга не помню совсем.
То ли спал, то ли нет.
То есть совсем почти не спал, но состояние было такое, будто все делал под водой.
Зато в пятницу прилетел Тигерь.Так вот и живем мы теперь - каждую вторую пятницу ко мне летит Тигерь. Не спрашивайте меня, откуда я беру столько тигров, чтобы они летели ко мне каждую вторую пятницу. Я-то знаю, где беру, но никому не скажу. А то все захотят себе таких тигеров.
В городе уже совсем осень, ею отовсюду пахнет, ветер сменился, вернее - поднялся, все лето его вовсе не было. Желтых листьев все больше, обрыв над Летней каждый день набирает цвет - зеленый начинает вскипать багровым и красным. Воздух прозрачен настолько, что Прага видна вся от Градчан к Вышеграду, только гуляй.
Вот всю субботу мы и прогуляли.
И мне очень, очень непросто выбрать фотографию для "город одной картинкой" - совсем у меня это не получается. Но сейчас про Прагу - вот так:
Крым, Крым, узнаваемый Крым!
- А попробовать ваши персики можно? Отрежете?
- Нет, сегодня мы без ножа, нельзя острое круглым резать! (с явным удовольствием в голосе).
- А почему?
- Сегодня праздник главоусекновения!
- Как, вы говорите, главоусекновения?
- Да-да, молодой человек! Вы что же, не наш, православный? Не отмечаете наши праздники?
- Вообще нет, не ваш. А кому усекли голову-то? Иоанну Крестителю?
- Не знаем, кому усекли. Какая разница, усекли и усекли.
- Так что же вы отмечаете? Что нельзя ножом персики резать?
- Молодой человек, мы же вас не учим, как ваши праздники отмечать. Вот и вы нас не учите. 18 гривен килограмм, не нравится - до свидания!
Персики небольшие, кривоватые, но вкусные, как и всё, что растёт на этой счастливой крымской земле.
(с)
С нами тоже чудесный случай был, примерно лет шесть назад, в том же золотом от солнца сентябре.
Снимали мы квартирку у чудесной бабушки. Начала бабушка с того, что поинтересовалась, почему мама не рассказала моей супруге, что нельзя стирать по субботам. Мы не воцерковлены, сказали мы. Нам все равно.
Тремя днями позже бабушка с порога объявила нам - у нас, христиан, сегодня великий праздник. Извиняющимся таким тоном объявила - жалко, мол, вас, бедных, вы не в теме.
Да, говорим мы, а который?
И бабушка начала рассказывать, как она в газете все доподлинно прочитала. Что жили, мол, два брата, один - богатый купец, второй - бедняк. И вот у богатого брата была жена, а у той - была дочь, и та жена не любила брата, и вот, подговорила она дочь танцевать перед купцом, а в награду попросить...
А-а, говорю я, верно. Сегодня же день Усекновения головы Иоанна Крестителя, я за морем и солнцем и забыл совсем.
И пошли купаться. А бабушка нам пожелала хорошей погоды.
Крым - и правда счастливая земля. Одно время я думал, что буду счастлив, если смогу там жить.
Crossposted to LJ, itemid = 1534, security = public, mask = 0.
My Groups
-
ru-novichok Updated: Sep 21, 2009
Neighborhood
Explore friends, family, friends & family, or entire neighborhood.
